03:33 25 Мая 2017
Прямой эфир
Последний звонок. Архивное фото - рекадр

Зачем школа готовит нас к жизни в мире, которого нет...

© Sputnik / Анатолий Устиненко
Колумнисты
Получить короткую ссылку
Вера Гаврилко
33573

Когда мыслитель Альбер Камю с горечью писал: "Школа готовит нас к жизни в мире, которого не существует", он даже не догадывался, НАСКОЛЬКО это высказывание про нас, нынешних. Для граждан постсоветских стран школа стала чем-то вроде кладбища "несуществующих миров".

У каждого поколения была своя любимая иллюзия, ничего общего не имеющая с реальной жизнью. Как сейчас модно говорить — симулякр. Скажем, моих ровесников, рожденных в 70-х, школа готовила к жизни в мире, полном комсомольского задора, славы КПСС и пионерских зорек, и он, впрочем, развалился так стремительно, что некоторые не успели даже получить аттестаты о среднем образовании.

Архивное фото слона
© Sputnik / Георгий Базаев
Суровую реальность лихих девяностых, когда человек человеку волк, а кто смел – тот и съел — пришлось постигать на практике, без малейшей теоретической подготовки. Насквозь идеологизированные советские учителя нас, естественно, к такому повороту событий подготовить не могли, хотя предметники были сильные.

Нынешним детям придется не слаще, уверяю вас. Современная казахстанская школа по традиции также готовит своих выпускников для жизни в несуществующем мире. Мир этот, не спорю, красив и прекрасен: в нем все граждане от мала до велика в совершенстве владеют казахским языком, на досуге читают Толстого и Достоевского в оригинале, а днем работают в крупных международных корпорациях, где решают профессиональные задачи на первосортном английском. В этом замечательном мире, словно сошедшем с красочных плакатов, везде установлены скоростные социальные лифты, на которых любой выходец из низов, стоит только пожелать, может достигнуть головокружительных успехов. Главное – не лениться и стать трехъязычным, обещают казахстанские чиновники от образования. Здравый смысл при этом игнорируется.

Граждане, не растерявшие способности критически мыслить, задаются вопросами: зачем в ауле трехъязычный зоотехник или механизатор? А трехъязычный врач, — он лучше будет лечить своих пациентов? И что даст трехъязычие, скажем, полицейскому? Неужели владение языком Конана Дойла одарит его способностью раскрывать преступления, не выходя из кабинета, как заправский Шерлок Холмс?

Между тем, процесс, как говорится, пошел. В нынешнем учебном году в Казахстане стартует программа внедрения трехъязычия. До 2019-го года включительно преподавание школьных предметов планируется поэтапно перевести на казахский, русский и английский языки. В недалекой перспективе обучение по четырем предметам — информатике, физике, химии, биологии – будет вестись исключительно на английском языке. Историю Казахстана школьники будут штудировать на казахском, всемирную историю – на русском. В министерстве образования полагают, что таких результатов реально достигнуть за четыре года!

Сама по себе концепция трехъязычия может вызвать явное отторжение лишь у радикально настроенных националистов, однако нельзя не признать, что ряд моментов по реализации нововведения вызывает если не опасение, то, как минимум, недоумение.

Во-первых, удивляет спешка. В столь важном вопросе это тот самый случай, когда поспешишь – людей насмешишь. Не лучше ли продлить сроки действия программы лет на 15, чтобы за первую пятилетку подтянуть преподавание английского в казахстанских школах хотя бы до уверенного уровня Intermediate. Это так называемый средний пороговый уровень владения иностранным языком, позволяющий достаточно свободно разговаривать на английском. Intermediate, к слову, требует большинство работодателей. С ним можно сдавать вступительные экзамены в российские ВУЗы и на подготовительные курсы за рубежом. Как только казахстанские учащиеся в основной своей массе овладеют этим уровнем – можно будет переходить на преподавание учебных предметов на английском. Иначе, попахивает профанацией.

Я понимаю, чего боятся родители. Что слишком рано приобщившись к трехъязычию, дети утеряют свою национальную идентичность. Не получим ли мы поколение бойко, но поверхностно болтающее сразу на трех языках, и не знающее толком ни один из них? Психологи говорят, что учить ребенка иностранному языку надо после того, как у него сформируется национальная идентичность, а это происходит в 8-9 лет. Не раньше.

И, наконец, наиболее серьезная проблема – подготовка самих педагогов. В языковых вузах не готовят специалистов-предметников, владеющих методикой обучения на иностранном языке. Необходимо время, чтобы решить эту проблему, перетрясти учебные программы, создать новые методики, выделить соответствующее финансирование. Куда спешим, спрашивается? Где горит?

За годы независимости многострадальная отечественная школа пережила столько реформ, что, кажется, чудом жива осталась. А ведь не форсирование трехъязычия как такого приблизит казахстанское школьное образование к международным стандартам, а то, насколько наши учащиеся владеют так называемыми глобальными компетенциями. Иными словами, насколько юные казахстанцы креативны, способны критически мыслить и адаптироваться в нестандартных ситуациях. Пора понять, что в современном мире людям уже не платят за то, ЧТО они знают. Гугл знает все, и с ним невозможно конкурировать. Сегодня людям платят за то, КАК они могут распорядиться своими знаниями.

Цель правильной школы – вернуть нам мир, который мы потеряли. Научить жить в нем. Научить жить в нем хорошо. Плохо мы и сами как-нибудь умеем…

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Загрузка...

Главные темы

Орбита Sputnik

  • Акция протеста в Ереване. Архивное фото

    Сообща закрыть «контору» цветных революций предлагает заместитель секретаря Совета национальной безопасности Армении Арам Тананян.

  • Грузия. Анаклия

    Первая фаза строительства глубоководного порта Анаклия начнется 15 ноября – это будет самый важный инфраструктурный проект для Грузии.

  • Международные военные учения Summer Shield XIV в Латвии

    В случае войны и полной изоляции экономика Латвии сможет продержаться две недели, да и то при условии содействия со стороны коммерсантов.